Собачьи сердца

Вчера был праздник на Пятницкой. Собянин открывал отремонтированную улицу. Шоу, много журналистов, лезущих себе на голову, чтобы побольше «урвать Собянина». Много полиции, костюмированные представления, чай по 150 рублей, в общем – гулянья.Далее, немного расширенней этого опишу, что мы писали в заявлении в полицию и в объяснениях операм.

Примерно в 19:45, шел к метро Новокузнецкая. Рядом с домом по Садовническому переулку 6, там соседнее здание (которое в сторону от метро дальше), в нем ресторан Муракамэ и гастротека «Простые вещи». Перед входом на открытую веранду «Простых вещей» на тротуаре лежит собака. На боку, конечности дергаются в конвульсиях, как будто бежит, язык вывалился, изо рта идет пена, зрачки расширены. Здоровая красивая рыжая собака (назвал ее потом Рыжухой). Без ошейника – бездомная.  

Я стал смотреть на симптомы, чем-то похоже на эпилепсию. Начал думать, что делать, но зубы то разжаты, язык наружу, значит, не эпилепсия. Что может быть? Повреждений не видно. Рядом со мной остановился парень. Предположил, что сбила машина и собака в агонии. Я опроверг – между дорогой и тротуаром есть высокий приступ, газон и вообще никаких следов повреждений на теле нет. Даже грязи или пыли.

Нет внешних повреждений, значит что-то произошло внутри. Подошел парнишка кавказской внешности и с акцентом сказал: «Их, видимо, какие-то сволочи отравили, вот люди говорят». Подошла женщина лет 35, тоже предположила, что собаку отравили. Сказала, что там, дальше, есть вторая. Пошел смотреть вторую – тоже красивая черная собака (назвал Чернухой), тоже дворняга, но чистая, ухоженная, как будто у кого-то живет.

Она тоже была в конвульсиях, пена изо рта, пыталась встать, привставала, подавалась вперед и падала снова. Отошел в офис, чтобы посмотреть по интернету, куда в таких случаях обращаться. Добрый человек посоветовал позвонить в организацию, которая занимается бездомными животными, дала телефон. Пока дозванивался, набрал пост в ФБ, попросил помощи и совета, что делать в этих случаях?

По указанному телефону мне сказали, что нужны шприцы и витамин Б6 – по 20 кубиков на каждую собаку.

Побежал к собакам. Их нет на месте! Осталась только слюна на тротуаре. Слабая надежда – может им стало легче и они убежали? Хуже если отползли куда-то умирать? Или их кто-то оттащил, чтобы людей не пугать? На соседней улице же праздник, мэр…

Пошел искать. Прошел по обеим сторонам Новокузнецкой. Ничего не нашел. Вздохнул, ну, наверное, убежали.

Пошел к метро. Уже подходя к метро, услышал со стороны Пятницкой, нет, не скуление, это даже не вой, это что-то такое неземное было. Очень громко и очень страшно. Побежал на звук.

Пятницкая 27, строение 1. Стоит толпа народа, человек около ста, в круге толпы – черная собака. Точно так же бьется в конвульсиях, как и рыжая собака 10 минут назад, которую я нашел первой. Все снимают на мобильники. Девушка в истерики над собакой. Тушь потекла, вся в слезах, сидит над собакой и кричит: «За что ее так? Что вы сделали? За что она так умирает?» Подошли двое мужчин лет под 40, аккуратно одетых, один одел резиновые перчатки, достали шприцы, ампулы, стали делать укол собаке, я спросил, это Б6? Они ответили, да, я сказал, что мне сообщили, надо по 20 кубиков на одну собаку. Рядом стояла женщина, звонила в какую-то ветеринарию, и кричала, что тут собака от бешенства умирает, что делать? Потом узнал, ей ответили, что ничего делать не надо, надо отойти подальше.

Укол пришлось делать вчетвером – держали ноги и голову собаке. Сделали укол. Из кафе, у входа которого она лежала, принесли стакан воды, попытались поить, чтобы вызвать рвоту.

Я начал у всех спрашивать, где рыжая собака? Сказали, что она чуть подальше – прямо под зданием «ЯБЛОКА», начал дергать ребят со шприцами, пойдемте вторую колоть. Собирались они долго, я уже держал одного за руку и просил пойти со мной найти вторую собаку, чтобы сделать укол.

С одним, рыженьким, как оказалось потом из разговора с полицией – сотрудника управы Сергеем Добровольским, пошли ко второй собаке. Она лежала рядом с огромным самоваром, где разливали праздничный чай по 150 рублей. Ее огородили диванчиками и стульями, спрятав от глаз празднующих.

Подошли. Она без движений. Та, Рыжуха, которую я нашел первой. Управский сказал: «все» и ушел. Пощупал пульс на лапе. Пульса не нашел. Глаза открыты. Смотрит сквозь меня.

Извинился перед ней, побежал к Чернухе. Растолкав толпу (кто-то пришел поглазеть на «что-то» с детьми, дети начали рыдать и кричать, люди попросили их родителей увести чад отсюда), подошел к собаке. Ребята отпаивали ее водой. Минут 5 еще. Потом она затихла. Все.

Стал звонить в полицию. По 02 приняли мое заявление, все мои данным записали, сказали, что наряд приедет. Ждем. Толпа стала рассасываться. Осталось человек 20. За спиной слышу грохот, таджики в форме коммунальщиков идут с тачкой и черными пакетами.

Подходят, пытаются взять собаку. Момент истины. Переживать и уйти, или остаться и что-то делать? Посмотрел на окружающих, у нескольких в глазах увидел замешательство, девушку с истерикой успокаивала наряженная в какие-то царские дамские сарафаны девушка, мол, ей уже не поможешь, надо уйти. Управские собрались уже человек 5, куда-то все звонят, шушукаются. Таджики наготове. Подошел к собаке. Встал между ней и таджиками. Понимаю, что надо что-то делать. Ну, думаю, ты 7 лет погоны носил, тебе и командование принимать. Таджики подошли к собаке с мешком.

Оттолкнул тележку ногой. Да пошли вы все! Наступил ногой на черный пакет в руках таджика: «Стоять! Никто эту собаку не тронет, пока не приедет полиция! Я вызвал полицию, оставил устное заявление о преступлении. Это – место преступления и улики, никто не тронет ее, до приезда полиции!»

Таджики смотрят на управских, те не могут понять, что происходит. Девушка которая рыдала, сказала, мол, вы ее хотите на помойку выбросить? Нет, ее надо похоронить, тут церковь рядом, мол, я не знаю как там, по христианским или как, но выбрасывать как мусор нельзя, она такую смерть приняла, ее надо похоронить!»

Эта же девушка, чуть ранее, когда я стал снимать на телефон, чтобы документировать, кричала на меня, что я делаю, мол, для вас это шоу? Пришлось взять ее за плечи, встряхнуть и сказать, что я вызвал полицию, я нашел собак, я звонил специалистам, чтобы узнать, что делать, я охраняю место преступления и съемка – это доказательства произошедшего (потом извинилась, что кричала на меня).

Таджики опять ринулись к собаке, отодвинув меня в сторону, один из управских дал им команду очистить улицу. Снова оттолкнул их, сказав, что они нарушают закон, и до приезда полиции никто тело не тронет.

Опять звоню в полицию и кричу, чтобы вызвали наряд, тут весь день на празднике было полно полиции. Тут происходит что-то странное.

Появляется некий мужик, лет 35, который начинает снимать меня на видео, как я звоню в полицию. Идиотски улыбается при этом. Закончил говорить с полицией. Мужик пьян, я отвернулся, он кричит мне: «Э, слышь, ты, сюда смотри!» Жаль, много народу тут. Я б ему ответил. Сдерживаюсь, охраняю собаку, отодвигаю таджиков с их тачкой в сторону.

Урод в синем подходит со спину и бьет меня в плечо, чмокая, как подзывают собаку, все снимает на телефон, говорит какие-то гадости. Сдерживаюсь снова. Отворачиваюсь. Он снова подходит и бьет в плечо, перехватываю его руку, далее, честное слово, столько лет службы учили — должен быть ответный удар. Честно — еле сдержался. Сжал его предплечье, он заорал: «Вот только руками не надо махать!» и отошел. Гооврю ему: «Давайка, красавец я тебя сниму тоже!», достаю телефон и снимаю его.

Потом я опять отвернулся от него. Он расстроился. Вдруг стал говорить собравшимся, подзаводя толпу: «Он собаку убил! Смотрите, собаку убил и стоит радуется! Вот сволочь, и как так можно — собаку убил и стоит тут! Вы на него посмотрите, вы что не видите, как он выглядит! Это он собаку убил!» Я в шоке. Вот теперь захотелось реально ему что-то сделать нехорошее. Подумал — пока ему морду буду бить — труп заберут. Стою у собаки. Девушка, которая рыдает, стала меня защищать. Потому что народ вокруг уже стал меня проклинать и рычать: «Вот скотина! За что собаку то убил гад?» Урод в синей рубахе заводит их дальше: «Смотрите, собаку убил! За что убил то? Что она тебе сделала, тварь?!»

Плачущая девушка сдерживает толпу и кричит: «Он ее не убивал! Ты сволочь! Он помогает!» Из толпы еще несколько человек стали говорит: «Да это не он убил, я тут все видел! Он помогает!»

Спасибо люди, за то что я сдержался. Опять звоню в полицию. Опять вся процедура заново — имя, фамилия, телефон.. Начал кричать на девушку в трубке, что я уже 2 заявления оставил по 02, и если сейчас не приедет полиция, тут будут уже людские жертвы, потому что толпа и шок у людей. И еще напишу заявление о бездействии полиции. Девушка стала оправдываться, мол, все номально, я с вами первый раз говорю.

Пришлти двое патрульных — старший сержант и сержант. Представляюсь им, показываю документы, ветеранское удостоверение МВД, рассказываю все что видел и знаю. Они записывают. Со старшим сержантом идем смотреть труп второй собаки. По дороге рассказываю, что в Чечне у нас несколько собак погибло, которые нам помогали, и я собак люблю больше, чем многих людей. Парень хороший, согласен со мной.

Собаки под окнами «ЯБЛОКА» нет. Спрашиваю у самоварщиков — где труп? Они говорят, мол, а его увезли.

Идем назад к Чернухе. Управские уже обрабатывают второго полицейского. Они оттаскивали по одному полицейскому в сторону. О чем говорили — не слышал, но догадываюсь. Об этом в своем расследовании напишу позже.

Спрашиваем у управских - где вторая собака, те говорят, мол увезли на какой то их полигон. Понятно — на свалку. Суки.

Старший сержант просит меня, мол, может в переулок труп оттащим — чтоб детей не травмировать. Соглашаюсь, говорю таджикам — взяли тело, на тачку и на 4 метра за угол завезите. Те выполняют. Прошу у коммунальщиков найти пакет — прикрыть труп. Нашел пакеты, пошел накрыл тело. Оно еще теплое. Собака как живая. Только слюна изо рта капает. Красивая собака.

Через несколько минут подходит толпа полицейских — майор, капитан, два лейтенанта, наряд наших сержантом уезжвает.

Объясняю, что произошло. Майор говорит, мол, ну что — будете объяснение давать? Да, буду. Дают мне молодого оперуполномоченного — Евгений Борисенко, ОВД Замоскворечье, еще учат его, как писать шапку в бланке. Он год только в полиции после колледжа МВД (я в Университете МВД учился, но что коллежд какой-то есть — не знал), соответственно, ему года 23-24. Хороший парень, но неопытный еще. Зато не испорченный еще.

Говорит, мол, сами писать будете или мне писать с ваших слов? Я показываю ему свою руку, понял, пишет сам.

Когда все мои данные переписаны (офицеры сходили опрашивать охранников кафе, где я первую собаку умирающую нашел), вдруг понимаю, что оставшиеся рядом со мной свидетели уходить не собираются. Три парня, три девушки (потом одна около полуночи, совсем замерзнув, уехала, ей на электричку, но приехал друг одного из ребят нам помогать) и я. Семеро. Сели за столиками кафе Грабли, они, посмотрев на меня, тоже стали писать объяснения, что видели. Стали звонить знакомым, узнавать, что делать. Потом мы написали коллективное заявление. Точнее его писала девушка, которая рыдала, но сейчас, когда мы оттащили труп, стала успокаиваться, и даже шутить (правда шутки были истеричные), мы все подписали это заявление. Все наши объяснения и заявление перефотографировали.

Управские подогнали машину для чистки тротуаров сразу, как мы отнесли собаку за угол. Все вымыли до блеска, как ничего и не было.

Таджики опять пытаются забрать труп. Я ору, что пока не сделают анализ крови — мы труп не отдадим.

Конец всей истории таков. Напомню, подробнее, что и как происходило, детально, я напишу чуть позже.

И про действия управских, и про полицию, и про то, как за нас окружала толпа управских и таджиков на этом долюанном празднике, как за мной ходили двое здоровенных лбов из коммунальщиков и я уже думал либо бежать надо, либо отбиваться, потому что я главный свидетель и у меня в телефоне все доказательства зафиксированы, включая все наши заявления. Я все это обязательно опишу, потому что складывается определенная картинка. Не зря я в милиции работал столько лет.

Мы остались всемером. Все ушли. Охраняем труп. Холодно. Кругом все пьяные на улице. Праздник у них. Ходили разнимать с нашим полицейским драку рядом с соседним баром. На время мы как бы все полицейские стали. Мы все безумно разные — разного возраста, разных интересов, все разные, мы никогда бы не встретились и не общались. Но вот мы вшестером решили, что это НАДО делать.

Наш молоденький опер, которого мы все уже достали, а он только оправдывался, сказал, что ветеринара для взятия образца крови или взятии тела на экспертизу вызывало ОВД. Он не при чем. Он еще сказал, что сначала, якобы, ветеринару дали адрес офиса «ЯБЛОКА» где лежал труп Рыжухи, и тот, якобы приехал никого не нашел, обиделся и на связь не выходит. АУ! Мы рядом стоим! Кому ты это втираешь? Лейтенантик младший наш бегал каждые минут 15 в переулок кому-то звонил и докладывал, что происходит. Понятно — в свой ОВД он звонил. К полуночи он сказал нам, что ветеринар, может приедет часам к 2-3 ночи.

Я ребятам сразу объяснил — они хотят, чтобы мы ушли. Полицейский сказал, что он останется с трупом ждать ветеринара. Ага. А мы идиоты.

Стоим. Скоро перестанет ходить метро. Полицейский опять бегает звонит в переулок. Приходит и извиняющимся тоном говорит, что ветеринар не приедет — не могут дозвониться. Да все понятно — от нас хотят избавиться. Решам похоронить Чернуху сами.

Оставляем тележку с трупом в переулке, идем искать место. Нашли неподалеку пустырь, ребята говорят, тут было какое-то здание принадлежавшее метро, его снесли и тут пустырь. Кругом обломки бетона и кучи шлака. Под фонариками телефонов ищем место для могилы.

Копаем в разных местах. Кругом бетон. Ломаем палки, которые нашли тут и которыми копали. Под какими-то деревьями молодыми нашли песчаную почву, можно выкопать могилу.

Девушка, у которой была истерика, никому не отдает найденную палку, которой копала землю. Всунула себе в сумочку дамскую. Идем назад. Место есть. Полицейский с нами.

В переулке вижу, что тележка не на том месте. Кто-то передвинул, бегу, проверяю — труп на месте, но... тележка пристегнута к трубе тросом на замке. Отвезти на тележке не можем.

Ищем тележку. У «Граблей» с обратной стороны, стоит тачка. Говорим, мол, давайте возьмем, потом вернем. Полицейский против, говорит, что это кража. Все ходят и ищут на чем отвезти труп — собака крупная.

С одной девушкой нашли звонок с обратной стороны «Граблей» (ресторан уже закрылся). Звоним, выходит охранник, девушка толкает меня в сторону, мол, мне одной легче будет, полуплача рассказывает, зачем нам минут на 20 нужна тележка. Тот говорит: «Не, нельзя» и закрывает дверь. Ищем нашего опера. Объсняем. Мол, вам в форме не откажут и вообще — давайте возьмем без спроса, мы же вернем?

Он против. Парни плюют, один говорит — я живу рядом, пойду возьму свою машину и отвезем на ней. Остаемся охранять труп. Через некоторое время ребята приезжают на БМВ «пятерке». Главное — где то у какого-то дворника они нашли лопату! Наша девушка достает из сумочки своей палку, котрой пытались копать землю на пустыре и выбрасывает. Берем труп. Черт, она все еще теплая. Заворачиваем в пакеты тело, несем в багажник машины.

Все в одну машину не влезаем, мы с одним мужиком (42 года ему, старше меня) идем пешком на пустырь.

Он же и начинает копать в месте, которое нашли. Все стоят и светят телефонами. Вырыли добротную могилу. Кладем Чернуху в яму. Решили, что нижний целофан вытянем — чтобы разлагалась быстрее и «ушла в землю».

Надо поправить тело, чтобы лучше вместилось в яму. Лезу туда, на краю могилы подвернулась моя «любимая» кость на правом голеностопе. Чуть на труп не упал. Болит, падла. Терплю. Ну похромаю немного, ничего.

Уложил лапы, телефоны у ребят садятся, но все равно все стараются светить. Когда голову Чернухи поправлял — раздался звук из ее рта. По войне знаю, что это просто воздух из легких вышел, такое бывает. Даша, кажется так ее зовут, которая плакала, опять в истерику. Ребята успокаивают. Она плачет, мол, а она точно умерла? Ну да, Чернуха теплая еще. Но она умерла. По всем признакам.Я это знаю. Они же как люди. А как люди умирают я знаю, еще по Чечне. Даша рыдает, предлагаю ей не смотреть на это, отойти. Она сказала, что, мол, нет, будет все это стоять и запоминать.

Извиняюсь перед всеми и говорю, что надо сфотографировать — для документации, чтобы все у нас было. Все понимают, даже одобряют, мол, конечно надо.

Решили прикрыть тело только верхним пакетом. Даша, которая рыдала, предлагет сделать все «по человечески». Каждый берет горсть песка и кидает на тело. По очереди делаем это. Даже полицейский, кажется.

Молча как-то попрощадись. Странно, наверное, это все. Хотя, почему нет? Они такую смерть приняли.

Закапываем. Сверху наложили несколько корпичей — чтоб примять. Потом еще походили втроем по могиле -тоже, чтобы землю примять. Даша проваливается на своих туфлях.

Холмик накидали. Ребята ветки от деревьев сверху воткнули. Не знаю зачем, то ли чтобы спрятать, то ли, чтобы как цветы что ли...

Все. Наш младший лейтенант извиняется перед всеми и уходит. С ребятами еще некоторое время стояли и разговаривали. Почти каждый как речь что ли, сказал.

Договариваемся держать связь и продолжать давить на полицию, чтобы работали.

Пока вот так, ребята. Можете меня считать психом, но в понедельник перед или после разборок в ОВД (меня уже вызвался сопровождать Евгений Левкович), я схожу на могилу.

Спасибо всем неравнодушным, кто откликнулся. Кто предложил помощь. Я буду продолжать. Я был в армии, в ОМОНе, в Чечне, много чего видел, но чтобы живое существо ТАК умирало, я никогда не видел...

И расследование я сделаю и напишу. Так надо. Нам — людям, потому что я боюсь за своих детей и близких, пока есть такие люди которые способны ТАК убивать. Это за гранью просто...

P.S. Что было сегодня и будет в понедельник в ОВД - напишу потом.

23/8/2014
Дмитрий Флорин

Комментарии

Видео на Youtube