Кремлевская зачистка и пули снайпера Амины

Война в Украине касается не только тех, ко сидит в окопах Донбасса. Она касается всех. После покушения на командира батальона имени Джохара Дудаева, Адама Осмаева, обсуждающие это условно поделились на два лагеря. В первом восхищаются мужеством жены Адама, Амины Окуевой, которая смогла подстрелить киллера из наградного пистолета, во втором расщепляют личность Амины, пытаясь налить на нее как можно больше грязи. Главным же здесь, вероятно, является то, что фактически Кремль, как и во времена войны в Чечне,  продолжает прямые действия по ликвидации неугодных ему людей.

С Аминой мы познакомились сначала заочно – в Фэйсбуке 2 года назад. Несмотря на свою работу в АТО, несмотря на то, что она состоит в чеченском батальоне, который воюет в АТО за Украину, она оказалась довольно открытым человеком, который легко шел на контакт. Договорились сделать интервью в Одессе, куда Амина периодически приезжала домой к маме. Не придумывая ничего «лишнего» в смысле декораций, просто договорились о встрече на высоком берегу моря рядом с парком. Амина приехала на встречу с мамой, как мы и договаривались – боец Окуева была в форме. 

Девушка в военной форме – это всегда необычно. Амина – живой пример слома стереотипа о том, что война – не женское дело. Амина снайпер, а эта работа – одна из самых сложных в войсках. Не под силу иному и крепкому мужику. Интервью записали прямо на склоне, ведущем к морю на фоне одесского побережья. Задал вопросы, затем попросил Амину сделать подсъем, чтобы она прошлась вдоль берега, а я поснимал ее для материала. Затем мы переехали в кафе, где попили кофе вместе с ее мамой и еще какой-то подругой семьи, пообщались. В конце встречи я попросил, чтобы нас сфотографировали вместе с Аминой. Обычная журналистская работа. Интервью вышло на сайте ТСН.

В конце ноября 2015 года мы провели в Укринформе конференцию и фотовыставку: «Война в Украине: чеченское зеркало», приуроченной к 21-й годовщине Первой чеченской войны и годовщине войны в Украине. Вместе с Аминой и Алексеем Савичем, командиром 11-го батальона «Киевская Русь» (в 2014 году), озвучили параллели войн, которые ведет Россия против Чечни и Украины. 

Тогда неожиданностью для меня стало то, что на конференцию с Аминой приехал ее муж Адам Осмаев. Познакомились прямо на улице у центрального входа в Укринформ. Я рассказал Адаму, как в начале 2012 года, работая тогда в «Московских новостях», писал материал о его «подготовке к покушению на Путина». Посмеялись.

«ПОКУШЕНИЕ НА ПУТИНА»

Информация о «подготовке к покушению на Путина» тогда, в начале 2012 года, была слита российским СМИ в уже подготовленном виде. Журналистам спустили пресс-релиз, подготовленный, видимо, ФСБ, в котором уже все расписали. В Одессе был взрыв, Осмаев якобы готовил взрывное устройство для покушения на российского президента, у него были обнаружены кадры видео, на которых был снят проезд кортежа Путина в Москве.

Российские правоохранители не давали никакую информацию, выходящую за рамки уже спущенного сверху релиза. Добиться ответов на какие-либо вопросы было невозможно. Тогда я стал вызванивать Одессу. И связавшись с дежурным офицером райотдела, задал ему несколько вопросов.Самое важное, что довелось узнать – в Украине Осмаеву предъявляли обвинение в незаконном обращении со взрывчатыми веществами, неосторожном уничтожении чужого имущества и подделке документов. Ни о каком покушении на Путина речи не было.

Как же так? Ведь Осмаев в течение полудня стал известен всей России благодаря кремлевским СМИ именно как террорист, пытавшийся убить Путина. Причем именно так – «пытавшийся убить», а в Одессе про это никто не говорил ни слова. «Да это ваши там понапридумывали, вы за Путина к ним и обращайтесь. У нас Осмаев только по взрыву проходит в доме», – ответил мне тогда дежурный офицер одесского райотдела милиции.

Получилась интересная картина. В России Осмаев стал символом «контры» против «вставания с колен» путем попытки убить «солнцеликого Владимира». А дело было перед выборами. Фанаты Путина мобилизовались и многие долго пили, снимая стресс по случаю страха за вождя. А в Одессе, где произошел взрыв самодельного взрывного устройства, к которому был причастен Осмаев, милиция ни про какого Путина не упоминает. Адам Осмаев тогда просто удобно подошел российским спецслужбам для создания сказки о том, что: «нам все завидуют из-за Путина и хотят его убить».

Адам провел в СИЗО около 2,5 лет. Был заочно обвинен в России по ряду статей, в т.ч. и в подготовке покушения на первое лицо государства. Россия настойчиво требовала его экстрадиции. Но друзьям Адама удалось добиться того, чтобы он остался в Украине – ЕСПЧ заблокировал решение об экстрадиции, согласившись с доводами защиты, что в РФ Адаму грозят пытки. Второй фигурант того дела, по которому проходил Осмаев, Илья Пьянзин, гражданин Казахстана, был осужден в России на 10 лет лишения свободы и «добровольно сознался» в подготовке к покушению на Путина.

Сразу после выхода из СИЗО, в ноябре 2014 года, Адам вступил в миротворческий батальон имени Джохара Дудаева, воюющего за Украину в АТО. После гибели командира батальона Мусы Мунаева 1 февраля 2015 года, Адам стал командиром чеченского батальона на Донбассе. Вместе с ним служила и его жена – Амина Окуева, боец полка специального назначения, бывший медик, спасавший людей на Майдане.

 

Амина Окуева и Адам Осмаев в АТО

 

Вечером 25 ноября 2015 года, после конференции в Укринформе, мы сидели с Адамом и Аминой в машине на Майдане и разговаривали обо всем. О Чечне, России, Украине и войне. Адам произвел впечатление умного, смелого и неравнодушного человека. Мы расстались друзьями. Я долгое время планировал сделать фильм об Адаме и Амине, но никак не складывалось. Они всегда были в АТО, но я к ним никак не попадал, даже когда снимал кино в зоне боевых действий – не везло оказаться в том месте, где они служили. Последняя договоренность была уже на Одессу. Когда Амина и Адам приедут в Одессу, начнем съемки документального фильма о них. Но мы не успели.

«ФРАНЦУЗСКИЙ СВЯЗНОЙ С ЛУБЯНКИ»

Я приехал в Киев из Одессы буквально за пару дней до произошедшего. О том, что в Адама стреляли в Киеве, узнал из теленовостей. Дозвониться до Амины не получалось, и понятно почему. Выразил поддержку по СМС, и пока не хотелось бы беспокоить Амину, понимая, что сейчас у нее происходит.

По той информации, что дают СМИ, Адам и Амина пришли на встречу с неким «французским журналистом» по фамилии Алекс Вернер. Контакты Амины и Адама киллеру, отрабатывающему «журналистскую легенду», дал экс-гостевой редактор «Савик шустер студии». По его словам, он не давал информацию о Вернере, так как просто его не знает. Стечение обстоятельств. На журналиста вышли с просьбой помочь контактами. Он спросил у Амины, мол, вот журналист просит встречи, а Амина подумала, что раз ей передают просьбу, значит, этого человека знают и уверены в нем. Меры безопасности не сработали именно из-за некоторых недоговорок и домысливаний.

 

Амина Окуева оказывает помощь Адаму Осмаеву после покушения

 

Когда мы проводили ту конференцию в Укринформе в 2015 году, мы сами «фильтровали» и проверяли журналистов, подавших заявку на аккредитацию. И даже тогда, после того, как мы были уверены в том, что все предусмотрели, нашлись странные ребята-журналисты, которые еще до начала конференции успели поймать Амину в коридоре (и задержать начало мероприятия на несколько минут) и задать ряд таких вопросов, которые Амину успели одновременно и расстроить, и разозлить.

Тогда я чувствовал свою вину за то, что мы обещали усиленные меры безопасности, но не смогли предусмотреть тот вариант, что журналисты могут перехватить Амину еще до того момента, как она займет свое место за столом конференции. Но это было общественное безопасное место, в Укринформе своя охрана, с Аминой был Адам и еще один сослуживец-чеченец, они постоянно ее охраняли. «Странные журналисты», которые задавали странные вопросы, смогли тогда лишь подпортить настроение.

Конференция "Война в Украине: чеченское зеркало". Киев, Укринформ, ноябрь 2015

 

Но еще тогда я думал, что открытость Амины к диалогу с журналистами – это прекрасно, но достаточно опасно. И для нее, и для Адама. Ведь все те, до кого в разных местах мира дотянулись руки кремлевских киллеров, были уверены в своей безопасности.

 

РУКА КРЕМЛЯ

Не приводя много примеров заказных убийств (чеченцев, оставшихся верными независимой Чечне, и многих других), осуществленных кремлевскими киллерами и в России, и в разных странах – Ямадаевы, Яндарбиев, Исраилов, я могу вспомнить своих погибших друзей и коллег. В 2004 году я заочно познакомился с журналисткой «Новой газеты» Анной Политковской. Переписывались по почте. Написал на редакционный адрес, Анна ответила и предложила продолжить общение уже через ее личную почту.

Тогда она была рада знакомству со мной, как с первым человеком, который воевал в Чечне в качестве бойца спецподразделения МВД РФ, но кардинально изменившим свое мнение о войне. Мы договорились о скорой встрече, чтобы придумать, как лучше использовать мои знания для того, чтобы дополнить картинку происходящего в Чечне, всего того, о чем Анна писала уже долгое время. Тогда я не всегда находился в Москве, и наш встреча постоянно переносилась. Она так и не состоялась. Анну Политковскую убили в подъезде ее дома в российской столице.

Затем, работая в издании на кавказскую тематику, мы сдружились с чеченской правозащитницей Натальей Эстемировой. Фактически, некоторое время работали вместе. Спасли несколько человек. Наталья собирала информацию о похищениях людей, я как можно быстрее «поднимал шум» через СМИ и заявления-звонки в федеральные правоохранительные органы. Благодаря нашим действиям на свободе оказались несколько человек, правда, никто из них не соглашался поговорить о похищении.

 Я был последним, кто разговаривал на тему похищений и безсудных казней в Чечне с Натальей за несколько часов до ее похищения. Полдня 15 июля 2009 года я надеялся, что происходящее либо ошибка, либо Наталья скоро найдется.

Наталья Эстемирова в Грозном

Ее нашли к обеду. Люди, силой затащившие ее в машину около ее дома в Грозном, выбросили ее на обочину уже в соседней Ингушетии. Застреленную. Еще некоторое время Наталья, спасшая не один десяток жизней, постоянно рискуя и своей и жизнью дочери, лежала на обочине в городе, мимо нее проходили люди и ворчали, что пьяная женщина валяется прямо около дороги. Пока Наталью не облепил рой мух, к ней никто не подходил. Я сразу же обнародовал наш с ней телефонный разговор, оказавшийся последним.

Предоставил все данные следствию. Будучи тогда президентом РФ, Медведев, как было заявлено: «взял дело под личный контроль». За 8 лет убийство не раскрыто. Несмотря на то, что многим понятно, кто может за ним стоять. В том же году, но уже в октябре, по дороге домой в Ингушетию, был убит мой друг Макшарип Аушев – оппозиционный ингушский правозащитник. Машину Макшарипа ждали «неустановленные автомобили» на посту ДПС в Кабардино-Балкарии. Затем они поехали за ним. Машина Макшарипа была расстреляна на ходу.

Макшарип Аушев

У меня осталось неопубликованное интервью Макшарипа, в котором он рассказывал мне о попытке его похищения незадолго до его убийства. Пока Макшарип был жив, мы думали, возможно, это интервью не надо публиковать. Из-за мер безопасности. И чтобы не злить тех самых людей в масках и на БТР, которые пытались его похитить. Как только я узнал об убийстве Аушева, обнародовал тот наш телефонный разговор о попытке похищения.

Я собрал и передал следствию все материалы, которые у меня были. Убийство Макшарипа тогда тоже «взяли под особый контроль». Убийцы не установлены и не найдены с октября 2009 года. В 2010 году в Карачаево-Черкесии погибла моя коллега, друг и однокурсник по мультимедиа школе Высшей школы экономики РФ Белла Ксалова (ее насмерть сбила машина горадминистрации, которая числилась в это время стоящей в гараже). Белла погибла за несколько дней до своей свадьбы, ранее угрожали и избивали ее отца, требуя, чтобы «дочка заткнулась».

В 2011 году был убит учредитель независимого дагестанского издания «Черновик» Хаджимурат Камалов. В 2013 году был убит мой друг, коллега по изданию и однокурсник по той же школе мультимедиа, Ахмеднаби Ахмеднабиев, его расстреляли в машине около дома. За годы работы в российских СМИ я потерял друзей больше, чем за время участия в боевых действиях в Чечне. И все эти убийства не раскрыты до сих пор.

Траурный выпуск издания "Черновик", показанный на НТВ

 

Во время работы в Фонде защиты гласности ужасная картина происходящего со свободой слова в России стала видеться мне более широко. Неугодных властям России или избивают до полусмерти, как российских журналистов Кашина или Бекетова, или, если те не успокаиваются, посылают киллера. Кремль борется с неугодными ему людьми своими, проверенными и надежными способами. Он их убивает.

ПУЛИ АМИНЫ

В 2010 и 2011 году фонд Frontlinedefenders эвакуировал меня с семьей из России из-за возникших угроз. Меня избивали возле подъезда дома родителей, попадал в больницу со сломанными ребрами и пробитым легким. Милиция не нашла ни нападавших, ни угрожавших. И теперь, даже после моего проживания в Украине больше двух лет, карательная система Кремля добралась до меня и здесь. Роскомнадзор объявил меня экстремистом за фильм, опубликованный на сайте Укринформа.

В прошлом году в Киеве был убит журналист Павел Шеремет. В этом – российский депутат-беглец Вороненков. Теперь добрались и до Адама Осмаева. Неизвестно, что бы произошло, если бы на встречу с «французским журналистом» Адам пошел без Амины, которая смогла ранить стрелявшего, оказать помощь Адаму и сдать раненного киллера правоохранительным органам. Кремль, а вероятнее всего пути ведут именно туда, продолжает свою тактику – устранения неугодных. Без суда, без следствия. По старой привычке НКВД.

Место гибели Павла Шеремета

 

И в настоящее время никто из тех, кто ведет борьбу за мир в Украине и против диктатуры Путина, не может чувствовать себя в безопасности. Даже в центре столицы другого государства. И угроза эта будет сохраняться до тех пор, пока в России будет править тот режим, который находится там уже почти два десятка лет.

Поэтому война в Украине касается не только тех, ко сидит в окопах Донбасса. Она касается всех. Кремль планомерно продолжает «зачистку» неугодных ему по всему миру. И снайпер Амина Окуева не может охранять всех нас. Она и так это делает в АТО. Патронов из наградного пистолета Амины Окуевой не хватит на всех кремлевских киллеров. И бороться сейчас надо не с киллерами, а с теми, кто дает им заказы. Пока же всем нам надо быть начеку. Война идет не только на Донбассе.

P.S. Амина стала для меня героем еще после первой нашей встречи в Одессе 2 года назад. То, что она постоянно «под прицелом», я понял, в том числе, и тогда, когда в очередной «мочительной» статье против меня, вышедшей в России, была опубликована наша с ней общая фотография, сделанная ее мамой возле одесского кафе. Только этой фотографии кремлевский автор посвятил добрую часть своего пасквиля.

Амина накануне не просто спасла своего мужа от смерти, она открыла ответный огонь, осталась жива сама и не убила, а ранила киллера так, чтобы он выжил, и его впоследствии могли допросить. Снайпер. И все те, которые сейчас, вместо того, чтобы проявить уважение к этой женщине, пусть для некоторых и являющейся противником, за ее мужество – поливают ее грязью, в первую очередь очерняя не ее, а себя.

Разбираться – сколько процентов в ней чеченской крови, кто были ее друзья, с кем она жила и какие у нее отношения с Адамом – после всего произошедшего не только не по-мужски, это не по-человечески. Девушка спасла мужа, ранила и задержала киллера. Вы, пишущие сейчас про нее гадости, способны хотя бы не обделаться в штаны при таких обстоятельствах? Если вы – российские экс-нацболы, депутаты Госдумы, прикормленные журналисты и прочая нечисть, такие великолепные и осведомленные о личной жизни Амины, действительно такие смелые – а скажите все, что вы сейчас пишете, Амине лично. В лицо.

Но помните про «французского журналиста».

Оригинал статьи на Укринформ

8/6/2017
Дмитрий Флорин

Комментарии

Видео на Youtube