Псы войны

21/7/2011 чечня, война,

Каждый год отмечают День защитника Отечества. Кого вспомнилипоздравили. Однако «за кадром» осталось, что под понятие «защитник Отечества», если вести речь в более широком аспекте, попадают…не только люди. Всю историю войн, будь то защита Отечества или, так называемые в последние годы, «наведения конституционного порядка» или «контртеррористические операции», служивым помогали животные

После бурного развития техники парнокопытные отошли на задний план, а вот четвероногие гавкающие представители животного мира стали необходимы еще большеИмприходится и саперам помогать, и охрану нестида и просто своим присутствием помогать самим людям не превращаться в животных. И гибнуть так же часто, как и их хозяевам в погонахнесмотря на то, что даже не понимаютза что.

Когда в первой командировке в Чечню увидел на нашем пункте временной дислокации пса, первое, что пришло в голову: «Собаку-то зачем мучают». Условия и для людей были тяжелыепоэтому животных было откровенно жаль.

Однако впоследствии удалось убедиться, что эти собачки, пожалуй, поумнее многих из людей были, и пользу, которую они приносили, нельзя было переоценить.

Первая собственная собака, которая появилась у рязанского спецподразделения МВД в приграничном с Грузией районе в 2001 году, по национальности была из местныхчеченка

Отряд только недавно приехал из «есенинских широт», еще не обосновался на новом месте, в котором предстояло прожить несколько месяцев, поэтому как могли начали устраивать быт.

Рязанская колбаса и «быстрорастворимые макароны» «Александра и Софья» мало придавали ощущение близости малой Родины.

Когда к нам прибежали солдаты из дислоцировавшейся вместе с нами ВВшной заставы: «Там местные собаку продают, «кавказца», щеночка совсем, всего за полтинник рублей», раздумывали недолго. Для службы использовать ее в виду нежного возраста не могли, а вот для придания ощущения домашнего уюта – в самый раз. Тем более, что многих из рязанского отряда можно было бы отнести к, так называемым «собачатников» - дома, в Рязани, они держали собак. Классифицировать же и вынести точный вердикт по «породной принадлежности» щеночка, правда, так и не смогли. Даже умудренный кинологическим опытом сапер Кондрат не взял на себя ответственность стопроцентно признать в этом теплом пушистом комочке будущую кавказскую овчарку. «Чехи» уверяли, что ее родители и родственники имеют весьма внушительные размеры и гоняют волков вдоль границ, начиная от Дагестана, и что все они принадлежат к славному роду кавказских «овцегуардов».

Притащенный в кубрик щенок за несколько минут стал любимцем всего рязанского отряданарод приходил и притаскивал какую-то снедь. Собакой занимались все три взвода, хотя лидерами в «опеке» все же были боец Гена и снедущий в «собачьих вопросах» взрывотехник-кинолог Кондрат. Они, можно сказать, стали ее приемными родителями. «Боевую кличку» животина получила в первый же деньДина. Впоследствии ей соорудили отдельный «вольер» из кроватных сеток в соседнем с кубриками помещении.

Из-за того, что она была маленькая, на спецоперации не брали, только на блокпосты. Чудно было наблюдать, как наши здоровенные, тертые не одной войной мужики, возясь с собачкой, превращались, практически, в детей.

Когда уезжали в Рязань, собаку передавали следующему отряду вместе с оружием и боеприпасами. К кличке Дина тогда уже стали добавлять «фамилию». Полное официальное имя псина получила Дина Рязанская.

Потом она подросла, постоянно ходила на зачистки, одной из первых, как рассказывали, лезла в «чистящиеся» здания, бегала с саперами на разминирование дорог, по ночам охраняла периметр заставы.

Погибла, когда ей не исполнилось и года. Кавказца из Дины не вырослодворняга, или, точнее – «горняга» оказалась, но любили ее от этого не меньше. Утром Дину нашли местные жители, неподалеку от поста, на дороге, «размазанную» в лепешку. Солдаты объявили траур.

В следующую командировку мы везли из Рязани уже двух собак. Один боец взял свою домашнюю «питбульшу» Раду, а сапер Кондрат, оформленного с питомника УВД «немецкого овчарика», которому он даже дал свою боевую кличкуКондрат. Питомец рос опытным сапером – его натаскивали на взрывчатку, боеприпасы, брали с собой на разминирования и проверку дорог и зданий. Мы прикидывали, какого он размера станет, когда нам придет пора возвращаться на рязанщину. И главноена каком языке будет гавкать? На русском или чеченском?

Кондрат прожил недолгонахватался на блокпосту клещей и после тяжелой болезни, умер. Хозяин-сапер замкнулся в себе и на наши соболезнования не реагировал, хотя все свои обязанности выполнял четко.

Рада прожила дольше. Гоняла солдат по их столовой, отгрызалась с уличной привязи и заваливалась спать рядом с солдатской печкой. Утром замерзшие вояки приходили и вежливо просили забрать ее из их расположения – вся служба встала. Однажды утром Раду нашли с простреленной из девятимиллиметровой «бесшумки» (снайперская винтовка с глушителем) головой.

Но ее смерть не была такой «геройской». Скорее она была безумной и жестоко подлой. Как и вся чеченская война.

Рада постоянно «отгрызалась», и так как солдаты на нее никак повлиять не могли, боялись ее, хозяину было некогда, она стала бегать в чеченское село.

Однажды утром хозяин Рады пришел и попросил у командира взвода «бесшумку» ВСК. Потом на улице он подошел, подозвал свою собаку. Прицелился через оптику и выстрелил ей в голову. С первого выстрела она не умерла, истекая кровью, она с обезумевшим взглядом, ничего не понимая, ведь это же хозяин, бросила в окоп и стала убегать, но хорошо это сделать она уже не могла – у нее уже была ранена голова. Пуля каким то образом прошла через голову, но она еще была жива. Хозяин догнал ее на другом конце окопа, из которого, как рассказывали, она уже не могла выбраться сама. И произвел второй выстрел в голову. 9-мм. спецпатрон снайперской винтовки сделал свое дело. Он ее закопал сам.

В отряде сказал: «За связь с врагами. Ссучилась совсем – к местным в село бегает».

Я не знал как к этому относится. Тут люди гибнут. Но почему-то этот эпизод с убийством Рады очень сильно давил на мозги. Такой подлости я редко встречал…

Именно из-за чудовищности поступка я был просто в оцепенении и только вспоминал, как я кормил Раду на базе, пока ее хозяин стоял на блокпосту.

Я что-то пытался ему сказать, мол, может лучше было бы ее совсем отпустить? Зачем убивать? В отряде все отнеслись к этому по-разному. Кто-то сказалправильно сделал.

Рязанские собачьи могилы стали напоминать маленькое кладбище. Больше собак мы из Рязани не возили. Между собой решили, что над отрядом навис какой-то «собачий рок». Причем, когда у нас по непонятным причинам умерли сначала живущая в пластиковой бутылке саранча, а потом крохотный мышонок (сапер вновь нарек его Кондратом), поняли, что этот рок был далеко не только собачий.

Мышонку, кстати, соорудили могилу и целый памятник на выездном блокпосту, неподалеку от огромной воронки, где незадолго до этого подорвался наш БТР. Проверяемые на посту чеченцы косились на памятник, и периодически аккуратно интересовались: «комуРебята отвечали, что боевому товарищу.

У стоявших вместе с нами на одной заставе солдат собак было несколько. Самым отважным был черный немецкий овчар Ганс. Впоследствии оказалось, что зверюга этот происходил от весьма почетных родственников. То ли его дядя, то ли даже отец, заслужил на войне персональную государственную пенсию, работая в органах госбезопасности. Звали его Чен. Кинологи говорили, что именно Чен обнаружил схрон, в котором скрывался Салман Радуев.

И хотя подтверждений своим словам они предоставить не могли, но тем не менее к Гансу относились с особым уважением. Черный немецкий овчар с именем, которым в Великую Отечественную обзывали всех фрицев, был на заставе самым «мобильным» и «шебутным». Солдаты возили его с собой на все спецмероприятияот зачисток до оцепления заданных районов. К службе Ганс относился с каким-то прямо-таки звериным рвением. Однажды пулеметчик Валек, стоявший на охране периметра, забавлялся, швыряя Гансу какую-то палку.

Псина приносила ее с такой  скоростью, будто на ней находился заряд пластида с детонатором и часовым механизмом, отмеряющим до срабатывания всего несколько секунд. За «развлекуху» на посту Валентину пришлось поплатиться. Не рассчитав силу, он перекинул палку за ограждение периметра. Ганса остановить могло, наверное, только прямое попадание из гранатометанесясь за вожделенной палкой он «смахнул» два столбика, на которых была закреплена колючая проволока, «путанка» и пара десятков пустых банок из под тушенки, выполняющих роль «аналоговой сигнализации» на темное и облачное время (дело было в горахоблака частенько стояли прямо у нас за дверью). За собой остатки «путанки» и «сигнализации» Ганс тащил вплоть до момента «захвата» палки.

Валек же собирал ограждение до конца своей смены, матерясь на усердного и не понимающего суть предъявленных к нему претензий пса. Хотя иногда усердный Ганс позволял себе и чересчур «расслабиться». Однажды прихожу ночью на пост и ищу сменудвух солдат с собакой. Одного нашел храпящим в блиндаже, второго, тоже храпящегоподле окопа, а рядом с ним – сладко посапывающего Ганса. «Разогнав» солдат, предложил им привязать пса так, чтоб он стоял на задних лапах – раз не высыпается. Шутки моей они не поняли и стали на Ганса «наезжать», за что и получили от меня «по ушам» еще раз.

Но самым опасным «четвероногим оружием» у солдат был ротвейлер Цезарь. Они и сами его боялись и всегда держали в будке на центральном КП. Этот зверь, как потом выяснилось, был здорово потрепан еще в первой чеченской. Во время ночных обстрелов не гавкал, как все его «коллеги», а замолкал и ложился в будку на пол. Иногда его можно было погладитьесли уже хорошо знаком. Но никогда нельзя было щелкать затвором оружия в пределах его цепи – мог запросто отгрызть рукунатаскан так. Рассказывали, что Цезарь потом погиб (мы уже были в Рязани) – его так же, как и нашу рязанскую Раду, нашли утром рядом с ограждением периметра, с простреленной головой.

Неизвестные герои

Почему-то порой на войне животных было больше жаль, чем людей. Псины расплачивались своими жизнями за войну, к которой они не имели никакого отношения. Но тем не менее продолжали честно выполнять роль не просто друга человека, а его некоего ангела-хранителя. Сколько их погибало на разминированиях и на зачистках, когда они первыми лезли в дом, набрасывались на террористов, поднимали шум и получали первую пулю вместо того бойца, которому «по цепочке» предстояло первым осматривать эту комнату или сарай.

Несправедливо забывать этих «четвероногих бойцов». Они совершали подвиги не только не задумываясь о последствиях, а даже не понимая самого определения «война», и почему существа, гордо именующие себя людьми, ведут себя порой страшнее и глупее, нежели те, кого они называют животными.

21/7/2011
Дмитрий Флорин

Комментарии

Видео на Youtube