Памяти Бэллы Ксаловой

Исполнится ровно год как погибла наш друг и коллега по работе из Карачаево-Черкессии Бэлла Ксалова.

Очень жаль, что некоторые, имеющие отношение к работе СМИ, не смогли отметить в своих материалах эту дату.

Все таки, как мне кажется, это не совсем справедливо.

С Бэллой я познакомился в 2009 году в июле, когда мы вместе от "Кавказского узла" проходили обучение в Высшей школе журналистики в Москве по специальности "мультимедийная журналистка, управление мультимедийными проектами".

Нас было несколько человек от издания, большинство из Северокавказских республик.

При первом же знакомстве Бэлла произвела впечатление. Если описать картинками, скажу так, после первого разговора с Бэллой я мысленно представил ее в черкесской военной одежде. Она говорила о каких-то сложных и опасных вещах шутками.

При этом периодически добавляя: "Ну ничего, мы им устроим".

После этого мы еще виделись с нашей "мультимедиа группой" на других семинарах. За несколько дней до ее гибели мы были на семинаре по изучению новой операционной системы, в Москве.

Тогда Бэлла, как всегда, шутками, рассказывала о том, что дома за ней ведется наблюдение и постоянно ездит машина, куда бы она не пошла.

Рассказывала даже, что подходила к людям, которые за ней следили и спрашивала, мол, ну и чего тут делаете? Говорила, что следящие имели расстерянный вид и бормотали что-то невнятное.

Бэлла ничего не боялась. Она знала, что говорит правду, какой бы "опасной" для межнациональных отношений она не была. Если проблемы есть, их надо озвучивать, а не умалчивать. Если больной болен, ему надо об этом сказать и назначить лечение, а не врать, что ничего страшного - само все рассосется.

Раковые опухоли межнациональных проблем, заложенных при советском времени, сами не пропадут.

У Бэллы была опасная работа. Она была "на острие". Особо опасные задания "Кавказского узла" выполняла четко и в срок. Что-то у нее было такое - как у Политковской и Эстемировой - она не думала так серьезно о своей безопасности, когда речь шла о помощи людям.

В последние дни ее жизни, на семинаре в Москвезапомнился один день,  это был последний или предпоследний день семинара, мы вместе вчетвером поехали с места проведения семинара, из гостиницы, в бухгалтерию - ребятам надо было отчитаться по билетам, а я поехал за компанию и заодно показать дорогу.

Вышли мы вместо Боровицкой на Полянке - проскочили одну станцию.

И пошли "по верху". Шли по Патриаршему мосту через Москва реку к Храму Христа спасителя.

У Бэллы был новый хороший фотоаппарат. А тут такие красивые виды! Начали мы фотосессию. И так снимались, и так....

Через 2 дня меня просили выслать эти фотографии в редакцию для создания фильма, посвященного Бэлле. Это были последние ее фотографии. Снимок, который я сделал - Бэлла на мосту на фоне Кремля стал неофициальным "реквиеммснимком Бэллы. Именно он оказался во всех СМИ, писавших о гибели нашего друга.

А я ведь снимал его не для этого. Господи, кто ж тогда знал...

Был солнечный день, мы с ребятами так хорошо прогулялись по Москве, зашли в Храм Христа спасителя, девушки наши пошли какие-то свечи ставить. Я со Славой Ященко ждал их на улице.

Вечером последнего дня семинара мы всей группой собрались в номере Эммы Марзоевой, веселились, шутили. Мы же не так часто видимся, хотя и работаем вместе - вот только на редких семинарах и видимся.

Хороший был вечер.

На следующий день ребята разъезжались по домам. Еще на следующий день я узнал, что вечером в день прилета в Черкесск Бэлла погибла.

Это что-то нереальное и в это не верилось.

Позже я узнал, что Бэлла рассказывала руководству больше, чем нам, и ей действительно было опасно оставаться дома. Уже договаривались о ее переезде в Москву. У нее должна была начаться совсем другая жизнь.

Я никогда не поверю, чтоб наша Бэлла могла так глупо погибнуть. Не может того быть. Бэлла была очень умной, хоть и бесстрашной, но умной же - не могла она попасть под машину так просто.

Но для нас она все равно жива. Ну просто давно не виделись. Но есть же фото, видео есть.

И воспоминания. Я помню как нам всем было стыдно и каким сочувствием мы прониклись к Бэлле, когда она заплакала на занятиях в мультимедиа.

Утро дня занятий начиналось с актерского мастерства. Дело дошло до скороговорок. Одна из них была на букву "р". Бэлла немного ее не выговаривала. И когда преподаватель в 25 раз требовал повторить всех эту скороговорку, Бэлла заплакала и вышла из зала.

Тут только наша преподавательница поняла, что случилось и растерялась. Женщина она была хорошая и видно было как ей стыдно. Мы выскочили и побежали за Бэллой. Что-то там ей перебивая друг друга рассказывали, я про сестру, которая тоже "р" очень чудно выговаривает. Наоборот говорим, это особенности такие - у тебя так очаровательно эта буква звучит!

Бэлла рассказала, что она на телевидении не смогла из-за этого работать, хотя мечтала и у нее очень хорошо бы получилось, но вот какому то ее произношение этой одной буквы не понравилось.

Потом мы вспоминали эту историю и смеялись.

У Бэллы все должно было быть хорошо. Она была боец от СМИ. Профессионал.

Как же все таки это все несправедливо...

С ужасом думаю, что пережили за этот год ее родители, близкие. И это уже навсегда.

Небо забирает лучших... Но так рано...

 Бэлла, мы тебя помним. И будем помнить

28/7/2011
Дмитрий Флорин

Комментарии

Видео на Youtube